Заключение автотехнической экспертизы: является ли оно основанием для декларирования транспортного средства?
ЗАКЛЮЧЕНИЕ АВТОТЕХНИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ:
ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ОНО ОСНОВАНИЕМ ДЛЯ
ДЕКЛАРИРОВАНИЯ ТРАНСПОРТНОГО СРЕДСТВА?
К.Н. ШАБЕКА, студент
Белорусского национального
технического университета
РЕЦЕНЗЕНТ А.Н. АДЕРЕЙКО,
начальник юридического
отдела Минской
региональной таможни
Как свидетельствуют материалы судебной практики, неоднозначное
понимание сущности классификации товаров и транспортных средств для
таможенных целей присуще не только субъектам внешнеэкономической
деятельности, что отмечалось нами в предыдущей публикации*, но и
иным правоприменителям.
В этом аспекте, на наш взгляд, весьма показательным является
следующий пример из практики общих судов по административным делам.
14 мая 2003 г. индивидуальным предпринимателем А. по грузовой
таможенной декларации (далее - ГТД) был представлен к оформлению в
таможенном режиме выпуска для свободного обращения автомобиль
«Даймлер-Бенц». При этом перемещаемый через таможенную границу
автомобиль был заявлен в товарной позиции 8704 («Моторные
транспортные средства для перевозки грузов») Товарной номенклатуры
внешнеэкономической деятельности Республики Беларусь (далее - ТН
ВЭД).
В ходе проведения операций таможенного контроля было
установлено, что транспортное средство декларанту следовало
классифицировать в товарной позиции 8703 ТН ВЭД («Автомобили
легковые и прочие моторные транспортные средства, предназначенные
главным образом для перевозки людей (кроме моторных транспортных
средств товарной позиции 8702), включая грузо-пассажирские
автомобили-фургоны и гоночные автомобили»).
Недостоверное декларирование повлекло недоплату таможенных
платежей в размере 3 535 119 руб.
По данному факту таможенными органами в отношении А. был
составлен протокол о совершении административного правонарушения,
предусмотренного частью первой ст. 193-9 Кодекса Республики Беларусь
об административных правонарушениях (далее - КоАП), переданный для
рассмотрения в районный суд.
Как свидетельствуют судебные материалы, рассмотрение дела об
административном правонарушении затянулось почти на целый год.
Основной причиной этого явилось то, что предприниматель и его
защитник категорически были несогласны с заключением таможенных
органов о классификации транспортного средства в товарной позиции
8703.
Не признавая себя виновной, А. настаивала на правильном
декларировании ею транспортного средства, поскольку согласно как
техническому паспорту, так и консультативному заключению специалиста
Белорусской торгово-промышленной палаты, куда она обратилась за
разъяснениями, автомобиль «Даймлер-Бенц» является грузовым
автомобилем с закрытым кузовом.
Представитель таможни в судебном заседании не отрицал того,
что спорный автомобиль является грузовым автофургоном, но указывал,
что он имеет ряд конструктивных особенностей, в силу которых должен
был заявляться декларантом именно в товарной позиции 8703 ТН ВЭД.
Тем не менее, продолжая оспаривать доводы таможенных органов,
А. было заявлено ходатайство, поддержанное ее защитником, о
назначении по делу автотехнической экспертизы.
Суд удовлетворил данное ходатайство, поставив на разрешение
эксперта-автотехника следующий вопрос: «Определить тип автомобиля
«Даймлер-Бенц», 1981 года выпуска, ввезенного в Республику Беларусь
в мае 2003 года».
Согласно заключению экспертизы тип исследуемого автомобиля был
определен как «металлический грузовой фургон».
На основании этого заключения, а также данных технического
паспорта суд пришел к выводу о том, что таможенными органами неверно
определен код транспортного средства по ТН ВЭД как 8703329091. По
мнению суда, спорный автомобиль должен быть классифицирован по коду
8704219900, который и был заявлен А. в ГТД, а поэтому в ее действиях
отсутствует состав административного таможенного правонарушения.
Обоснованность судебного решения, на наш взгляд, вызывает
некоторые сомнения. Проанализируем спорную ситуацию более детально.
Во-первых, полагаем, что в основу постановления суда в части
определения кода транспортного средства необоснованно положено
заключение автотехнической экспертизы.
В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда
Республики Беларусь от 25 марта 1999 г. «О практике применения
судами законодательства, регулирующего производство по делам об
административных правонарушениях» в случаях, когда возникает
необходимость в специальных познаниях, судья в порядке подготовки
дела об административном правонарушении к рассмотрению или в ходе
рассмотрения назначает экспертизу.
В каких же специальных познаниях возникла необходимость при
рассмотрении анализируемого нами дела, что потребовало назначение
экспертизы? По мнению суда, - в определении типа транспортного
средства.
Однако ни представитель таможни, ни правонарушитель, как
отмечалось нами выше, не оспаривали того, что автомобиль представлял
собой грузовой автофургон, т.е. необходимость в специальных
технических познаниях отсутствовала.
Суть же спорной ситуации, как нам представляется, и что не
было учтено судом, сводилась к следующему: по какой товарной позиции
ТН ВЭД следует классифицировать данное грузовое транспортное
средство, т.е. возникла необходимость выяснения вопросов, требующих
специальных познаний в таможенной сфере.
Безусловно, привлеченный судом эксперт не располагал
специальными познаниями в таможенном деле, что и отражено в
установочной части его заключения, где указано, что экспертиза
проведена экспертом, имеющим специальную подготовку в области
судебной автотовароведческой экспертизы. Кроме того, эксперт
проводил экспертизу исходя из требований Гражданского
процессуального кодекса Республики Беларусь, устанавливающих порядок
проведения экспертизы по гражданским делам.
Более того, с нашей точки зрения, эксперт НИУ «НИИПКК и СЭ»
вообще не обладал полномочиями для проведения данной экспертизы,
ибо, несмотря на то, что вопрос об установлении типа транспортного
средства формально и относится к компетенции эксперта-автотехника,
им не было учтено, что разрешение данного вопроса требовалось в
рамках рассмотрения дела об административном таможенном
правонарушении, т.е. в таможенных целях, а этот вопрос уже относится
к компетенции таможенной экспертизы.
Основания и порядок проведения экспертизы для таможенных
целей, в том числе и связанных с производством по делам об
административных таможенных правонарушениях, регламентируются ст. 9,
225, 226 Таможенного кодекса Республики Беларусь (далее - ТК), а
также Положением об организации таможенных исследований и экспертиз
в таможенных органах Республики Беларусь (далее - Положение),
утвержденным приказом Государственного таможенного комитета
Республики Беларусь от 19 декабря 1994 г. № 377-ОД.
Как устанавливает данное Положение, в таможенных целях, как
исследования, так и экспертизы могут проводиться в таможенных
лабораториях ГТК. Безусловно, для большинства читателей
словосочетание «таможенная лаборатория» в качестве наименования
экспертного учреждения звучит весьма непривычно и вряд ли
воспринимается таковым.
Данное обстоятельство, с нашей точки зрения, обусловило то,
что сложилось устойчивое мнение о том, что таможенные лаборатории -
это лишь ведомственные структурные подразделения таможенных органов,
которые созданы в целях решения производственных и технологических
вопросов, возникающих в деятельности таможенных служб. А поэтому и
заключения специалистов таможенных лабораторий изначально не могут
носить объективный характер, а следовательно, не могут быть
использованы в качестве заключения эксперта.
Аналогичный подход свойствен и субъектам хозяйствования,
которые представляют в таможенные органы, а затем и в суды не
заключения таможенных лабораторий, а иные документы - техпаспорта,
сервисные книжки на транспортные средства, заключения специалистов
Белорусской торгово-промышленной палаты, справки товароведов,
сертификаты соответствия и т.п.
Однако таможенные лаборатории ГТК являются государственными
судебно-экспертными учреждениями, на которые и возложено проведение
исследований, в том числе и экспертных, требующих специальных
познаний в таможенном деле.
Данное подтверждается и п. 2 Указа Президента Республики
Беларусь от 14 сентября 2003 г. № 407 «О некоторых мерах по
совершенствованию судебно-экспертной деятельности». В п. 2
приводится исчерпывающий перечень созданных в установленном
законодательством порядке государственных судебно-экспертных
учреждений, в который включены и таможенные лаборатории ГТК.
Исследования в таможенных целях могут проводиться иными
организациями и лицами лишь при наличии у них специального
разрешения (лицензии) на осуществление экспертной деятельности в
таможенной сфере.
Представляется, что заблуждение относительно «ведомственного
характера» деятельности таможенных лабораторий весьма негативно
сказывается на утверждении принципа законности в сфере таможенного
регулирования. Ибо, как свидетельствует судебная практика, для
разрешения спорных вопросов суды привлекают специалистов из самых
различных областей вместо того, чтобы воспользоваться возможностями
таможенной экспертизы.
С учетом этого полагаем необходимым хотя бы тезисно
остановиться на концептуальных аспектах проведения таможенной
экспертизы, которые закреплены в Положении. С нашей точки зрения,
это может способствовать выработке единообразного подхода к вопросу
о классификации товаров и транспортных средств в таможенных целях.
Прежде всего, хотелось бы коснуться возможностей данной
экспертизы в части объекта исследования. Так, в соответствии с п.
1.4 Положения в процессе производства таможенных исследований и
экспертиз разрешаются вопросы по установлению: 1) кода товара
согласно ТН ВЭД; 2) страны происхождения товара; 3) идентификации
товаров, в том числе сырья после проведения операций по его
переработке; 4) стоимости вещей; 5) марки, сорта, вида и качества
товаров (вещей); 6) технологии производства вещей, а также другие
вопросы, требующие специальных познаний.
С учетом этого таможенные лаборатории могут проводить
следующие виды таможенных экспертиз: классификационные;
материаловедческие; идентификационные; химические; технологические;
товароведческие и др.
По нашему мнению, именно исходя из сложности для понимания и
применения норм таможенного права, Положение устанавливает
повышенные требования к исследовательской части заключения
экспертизы.
Так, в заключении эксперта должен быть описан процесс
исследования и его результаты, а также научное объяснение
установленным фактам.
Более того, в соответствии с п. 3.3 Положения в нем, в
частности, должны быть изложены:
- методы и приемы исследований, которые описываются доступно
для понимания лицам, не имеющим специальных познаний, и подробно,
чтобы при необходимости можно было проверить правильность выводов
эксперта, повторив исследование;
- справочно-нормативные материалы (стандарты, инструкции,
постановления и пр.), которыми эксперт руководствовался при
разрешении поставленных вопросов с указанием даты и места их
издания;
- экспертная оценка результатов исследования с развернутой
мотивировкой суждения, обосновывающего вывод по решаемому вопросу.
Кроме того, в постановлении особо оговаривается, что все
специальные термины, используемые экспертом в заключении, должны
быть им разъяснены.
Возвращаясь к анализируемой нами ситуации, полагаем возможным
констатировать, что своевременное назначение таможенной
классификационной экспертизы позволило бы суду не только получить
полный, доступный и аргументированный ответ на вопрос о критериях
отнесения грузового транспортного средства к различным товарным
позициям ТН ВЭД, но и избежать волокиты при рассмотрении дела.
Не беря на себя роль эксперта, тем не менее полагаем возможным
высказать мнение о том, что обоснованным нам видится именно решение
таможенного органа об отнесении спорного автомобиля к позиции 8703
ТН ВЭД. Ибо он имеет такую конструктивную особенность, как наличие
оконного проема в боковой стенке грузовой части салона (т.е. в
пространстве от спинки сиденья водителя до задней стенки кузова).
Именно это обстоятельство в соответствии с подп. 1.170 п. 1
постановления Государственного таможенного комитета Республики
Беларусь от 18 июля 2002 г. № 65 «О классификации товаров в
соответствии с Товарной номенклатурой внешнеэкономической
деятельности Республики Беларусь» является основным
разграничительным моментом в рассматриваемой спорной ситуации для
классификации грузовых автофургонов по товарным позициям 8704 или
8703 ТН ВЭД.
Во-вторых, полагаем, что судом при установлении кода
транспортного средства не было учтено требование ст. 217 ТК о том,
что классификация товаров, т.е. отнесение конкретных товаров к
позициям, указанным в ТН ВЭД, относится к исключительной компетенции
таможенных органов.
В связи с этим, на наш взгляд, никакой иной орган не вправе
самостоятельно производить классификацию товаров и транспортных
средств в таможенных целях.
В связи с этим нельзя не отметить, что в свое время подобные
прецеденты имели место в практике хозяйственных судов**.
Однако Высший Хозяйственный Суд Республики Беларусь весьма
оперативно принял меры по формированию единообразной практики,
разъяснив в постановлении Пленума Высшего Хозяйственного Суда
Республики Беларусь от 7 декабря 2000 г. № 13 «О практике разрешения
споров с участием таможенных органов», что при рассмотрении споров
об отнесении конкретных товаров к соответствующим позициям ТН ВЭД
хозяйственные суды не вправе самостоятельно производить
классификацию. Данная классификация производится таможенными
органами и Директоратом по классификации и номенклатуре Всемирной
таможенной организации (г. Брюссель). И лишь в случае если
хозяйственным судом с учетом всех полученных доказательств будет
установлено, что классификация товара произведена неверно,
хозяйственный суд признает такое решение таможенного органа
недействительным.
Вышеизложенное позволяет прийти к выводу: при рассмотрении дел
об административных таможенных правонарушениях общим судам, по
аналогии со сложившейся судебной практикой по данному вопросу в
хозяйственных судах, следует исходить из положений ст. 217 ТК о том,
что «решения других органов и учреждений по классификации товаров не
используются в таможенных целях».
Практика рассмотрения общими судами дел о нарушении таможенных
правил в связи с недостоверным декларированием может быть
скорректирована соответствующими разъяснениями Пленума Верховного
Суда Республики Беларусь. Полагаем, что это будет способствовать как
исключению двусмысленного толкования самого понятия «классификация
товаров в таможенных целях», так и полномочий таможенных органов в
данной сфере таможенного дела.
_______________________________
* См.: Шабека К.Н. Споры о классификации товаров для
таможенных целей: допустимы ли они? // Право Беларуси. 2004. № 45.
** См.: Адерейко А. Товарная номенклатура внешнеэкономической
деятельности: юридические аспекты классификации товаров //
Таможенный вестник. 2003. № 11. С. 53.
13.12.2004 г.
Право Беларуси, 2004 г., № 46, с.76
